7-го января (25-го декабря по старому стилю) Православная Церковь празднует Рождество Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. История этого события была такова. Св. праведный Иосиф был мнимым мужем Марии. Дело в том, что, по тогдашним иудейским законам, каждая девушка, достигшая 14-летнего возраста, должна была выходить замуж. Поэтому, когда Пресвятая Богородица достигла этого возраста, у ее воспитателей (священников) возникла проблема: как исполнить закон, если Дева Мария с младенчества была посвящена Богу и Сама не имеет никакого желания выходить замуж и жить обычной жизнью женщины. Выход из ситуации был найден и заключался в том, чтобы формально отдать ее замуж за достойного человека (кого именно, определил жребий), который на самом деле не будет ей мужем, но будет хранителем ее девства. Жребий пал на праведного Иосифа – и он (будучи уже старцем по возрасту, да еще и дальним родственником Пресвятой Девы) был обручен Пресвятой Богородице.

Святитель Афанасий, архиепископ Александрийский, повествует о том, что здесь имелась еще одна цель, кроме формального соблюдения иудейского закона. По словам свт. Афанасия, Господу угодно было утаить от диавола тайну Своего воплощения от пречистой Девы, и для сего Он покрыл девство Матери Своей супружеством, чтобы враг не знал, что это та Дева, о Которой предрек Исаия: «се, Дева во чреве примет» (Ис. 7:14).

Об этом же говорят и другие святые отцы. По словам свт. Василия Великого, обручение с Иосифом совершилось для того, чтобы утаить от князя века сего (т.е. диавола) воплощение Сына Божия. Св. преп. Иоанн Дамаскин объясняет этот факт следующим образом: «Иосиф обручается Марии как муж, чтобы диавол, не зная о безмужнем Рождестве Христовом от Девы, отступил, т.е. перестал возбуждать Ирода и подстрекать иудеев к зависти. Ибо диавол с самого того времени, когда Исаия предрек, что «се, Дева во чреве примет и родит» (Ис. 7:14), зорко следил за всеми девицами, как бы которая из них не зачала без мужа и не родила, оставаясь девою».

Однако это нам сейчас с высоты двухтысячелетней истории христианства привычно говорить о Непорочном Зачатии. В то же время это событие вызывало немало сомнений как у священников, так и даже у самого Иосифа Обручника. Пришлось даже вмешаться Ангелу Господню, который, явившись во сне Иосифу, сказал ему: «Не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в Ней есть от Духа Святаго» (Мф. 1:20).

Известна также история о том, как один из книжников по имени Аннин, увидев Марию беременной, сообщил об этом первосвященнику и всему синедриону. Разумеется, эти люди не поверили в Непорочное Зачатие от Духа Святого и даже заставили Иосифа и Деву Марию выпить «воду обличения». Речь идет о «горькой воде, наводящей проклятие», с помощью которой, совершив определенные священнодействия, определяли, изменила ли жена своему мужу, или нет. Подробнее об этом обряде можно почитать пятой главе Книги Чисел. Разумеется, эта вода не нанесла никакого вреда Пресвятой Деве Марии, что явилось свидетельством отсутствия на Ней греха, в котором Ее заподозрили. Примечательно то, что в данном случае воду пришлось пить не только Деве Марии, но и Иосифу, т.к. подозрения со стороны синедриона заключались не столько в том, что Мария изменила Иосифу с каким-то другим мужчиной, сколько в том, что они вступили в супружеские отношения друг с другом, чего они делать были не должны. Ну и проведенный обряд показал, что подозрения на самом деле были безосновательными.

Во время, когда Пресвятой Деве Марии уже надлежало родить, они с Иосифом, исполняя повеление кесаря Августа о переписи населения, шли в Вифлеем, т.к. записываться нужно было не по месту жительства, а по месту происхождения (а Иосиф происходил как раз из этого города). По причине множества народу в городе, святой Иосиф с Пресвятой Девой Марией в качестве места для ночлега смогли найти лишь пещеру, служившую пристанищем для скота. Там и состоялось чудо Рождества Иисуса Христа.

Святые отцы нам повествуют о том, что рождение было безболезненным. В частности, свт. Афанасий Александрийский, рассуждая по поводу евангельских слов: «и родила Сына Своего первенца, и спеленала Его, и положила Его в ясли» (Лк. 2:7), говорит следующее: «Посмотри на таинственное рождение Девы: Сама родила Она, и Сама спеленала Младенца. У мирских женщин одна рождает, а другая пеленает, а у Пресвятой Девы не так. Сама родила Она, и Сама спеленала, Сама будучи безболезненною материю и необученною бабкою, не попустила Она никому коснуться нечистыми руками Пречистого Рождества: Сама Она послужила Рожденному от Нее, и спеленала Его, и положила в ясли». Подобным же образом рассуждает святой Киприан: «В рождестве и после рождества Дева Божественною силою осталась девою, – Она, Которая родила безболезненно и не нуждалась ни в каких услугах со стороны бабки, но Сама была и родительницей, и рождению служительницей, и поэтому воздает Младенцу Своему благоговейное попечение: осязает Его, обнимает, лобызает, подает сосец, и все сие совершает радостно, без всякой болезни, без всякой немощи природы, обычной при рождении».

Далее Священная История нам повествует о явлении Ангелов пастухам, пасшим стада вблизи от места рождения Спасителя: «В той стране были на поле пастухи, которые содержали ночную стражу у стада своего. Вдруг предстал им Ангел Господень, и слава Господня осияла их; и убоялись страхом великим. И сказал им Ангел: не бойтесь; я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь; и вот вам знак: вы найдете Младенца в пеленах, лежащего в яслях. И внезапно явилось с Ангелом многочисленное воинство небесное, славящее Бога и взывающее: слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!» (Лк. 2:8-14). Пастухи решили пойти в Вифлеем и удостовериться в том, что они услышали от Ангелов. Придя в пещеру, они действительно увидели Пресвятую Деву Марию, праведного Иосифа Обручника и Младенца, лежащего в яслях.

Тем временем в Иерусалим прибыли из восточной страны волхвы, или мудрецы, изучающие звезды. Они увидели, как на небе появилась новая необычная звезда и поняли, что ожидаемый Мессия родился. Иудейский царь Ирод, прослышав о появлении необычной звезды, а, стало быть, и о рождении нового царя, испугался, что у него отнимут власть, и послал волхвов в Вифлеем разузнать о Младенце. Ирод задумал убить его. Та же звезда шла перед волхвами по небу, указывая им путь, и привела как раз туда, где находился родившейся младенец Иисус. Мария и Иосиф к этому времени уже перебрались из пещеры в город. Волхвы вошли в дом и увидели Мать и Младенца. Они поклонились Иисусу до земли и преподнесли подарки: золото как царю (в виде дани), ладан, как Богу (потому что ладан употребляется при богослужении), и смирну, как человеку, который должен умереть (умерших натирали тогда благовонными маслами). Золото до наших дней дошло в виде 28 квадратных и треугольных пластинок размером 5 на 7 см, с похожим, но отличающимся орнаментом, а ладан и смирна перемешаны в темные шарики, напоминающие маслины. Таких благоуханных бусинок около семидесяти. Золото используют для освящения воды. Иногда, очень редко, Дары волхвов вывозят за пределы Афона.

Существуют разные мнения по поводу причины празднования Рождества Христова именно 25-го декабря. Еще в Апостольских Постановлениях (Кн. V, гл. 12) говорится: «Храните, братия, дни праздничные, и во-первых день Рождества Христова, которое да празднуется вами, в 25 день десятого месяца (decembri)». Свт. Климент Александрийский во II в. указывает на 25 декабря, как на день Рождества Христова. Существует мнение, согласно которому, выбор 25 декабря связан с приходившимся на этот день языческим солярным праздником «Рождения Солнца Непобедимого» (после зимнего солнцестояния начинает прибывать солнечный день), который с принятием в Риме христианства наполнился новым содержанием: рождение Христа стало пониматься как «Рождение Солнца Правды». В то же время в восточных Церквах – Иерусалимской, Антиохийской, Александрийской и Кипрской – праздник Рождества Христова соединялся с праздником Крещения Господня под общим названием Богоявления. Празднование Рождества вместе с Богоявлением в некоторых восточных Церквах продолжалось до конца IV века, в других – вплоть до VI века.