Память трех вселенских святителей – Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста

«Радуйтеся, образы целомудрия, ревновати
о стяжании сея добродетели нас научающии»
(Из акафиста трем святителям)

12 февраля (30 января по ст.ст.) Православная Церковь совершает память трех святителей: Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Они одни среди многих святых отцов-святителей Православной Церкви, которые стали образцом епископского служения, богословами – вселенскими учителями христианской веры.

Необходимо добавить о них и следующее. Святой Василий Великий превзошел в книжной мудрости не только учителей своего времени, но и древнейших: он прошел не только всю науку красноречия до последнего слова, но и хорошо изучил философию, а равно постиг и ту науку, которая учит истинной христианской деятельности. Затем, проводя добродетельную жизнь, исполненную нестяжательности и целомудрия, и восходя умом к боговидению, он был возведен на архиерейский престол, имея сорок лет от рождения, и в течение восьми лет был предстоятелем церкви.

Его великий друг – Святитель Григорий Богослов, человек таких же гениальных, колоссальных дарований, такой же духовной настроенности. Этот святитель был столь велик, что если бы можно было создать человеческий образ и столп, составленный по частям из всех добродетелей, то он был бы подобен великому Григорию. Просияв своею святою жизнью, он достиг такой высоты в области богословия, что всех побеждал своею мудростью, как в словесных спорах, так и в истолковании догматов веры. Поэтому он и был назван богословом. Он был святителем в Константинополе двенадцать лет, утверждая православие. Пожив затем малое время на патриаршем престоле (как об этом пишется в его житии), он оставил престол по преклонности возраста и, по исполнении шестьдесяти лет, отошел в горные обители.

Святитель Григорий и его друг Василий были люди совершенно разных темпераментов: Василий Великий был, по природе, вождь, возглавитель, а Григорий Богослов был, как говорится о нем, «горлица пустыннолюбная», стремился в уединение, чтоб сам, как он говорил, быть наедине с Богом, стать с ангелами и быть свободным от всего мирского.

Святитель Иоанн Златоуст принадлежал по существу той же эпохе, хотя и был несколько моложе Василия Великого и Григория Богослова. Он превзошел всех эллинских мудрецов разумом, убедительностью слова и изяществом речи; Божественное Писание он изъяснил и истолковал неподражаемо; равным образом, в добродетельной жизни и боговидении он далеко превзошел всех. Он был источником милости и любви, был исполнен ревности учительства. Всего он прожил шестьдесят лет, из которых шесть лет был пастырем Христовой Церкви.

Записанные слушателями – «скорописцами» проповеди Иоанна, как и многие другие его письменные произведения, остались в веках, заслужив ему у потомков имя Златоуста. Прославило Иоанна Златоуста и то, что он продолжил труд Василия Великого по созданию литургии. Несколько сократив чин, написанный Василием Великим, он написал свой вариант литургии, которая под именем Литургии Иоанна Златоуста до сих пор является наиболее часто употребляемой литургией православной церкви.

Василий Великий, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст были канонизированы Церковью как святые, признаны стяжавшими благодать своими трудами по христианскому просвещению, укреплению Церкви. Были написаны их жития, учреждены в их честь праздники, посвященные каждому из них, и праздник, посвященный им всем троим. Всех троих, «просвещающих землю своим божественным осиянием», прославляет посвященная им служба, чтит православный мир.

История праздника

Праздник установлен в 1082 году.

В царствование благоверного и христолюбивого царя Алексея Комнена, который принял царскую власть после Никифора Ботаниата, был в Константинополе великий спор об этих трех святителях между искуснейшими в красноречии учителями мудрости.

Одни ставили выше прочих святителей Василия Великого, называя его возвышеннейшим витией, так как он всех превосходил словом и делами, причем видели в нем мужа, мало, чем уступающего ангелам, твердого нравом, не легко прощающего согрешения и чуждого всего земного; ниже его ставили божественного Иоанна Златоуста, как имевшего отличные от указанных качества: он был расположен к помилованию грешников и скоро допускал их к покаянию.

Другие, наоборот, возвышали божественного Златоуста, как мужа человеколюбивейшего, понимающего слабость человеческого естества, и как красноречивого витию, наставлявшего всех на покаяние множеством своих медоточивых речей; поэтому и почитали они его выше Василия Великого и Григория Богослова. Иные, наконец, стояли за святого Григория Богослова, утверждая, что он убедительностью речи, искусным истолкованием Священного Писания и изяществом построения речи превзошел всех славнейших представителей эллинской мудрости, как ранее живших, так и современных ему. Так одни возвышали славу святого Григория, а другие унижали его значение. От этого происходил между многими раздор, причем одни назывались Иоаннитами, другие Василианами, а иные Григорианами. Об этих именах спорили мужи искуснейшие в красноречии и мудрости.

Спустя некоторое время после того, как возникли эти споры, явились эти великие святые, сначала каждый отдельно, а затем все три вместе, - притом не во сне, а наяву, – Иоанну, епископу Евхаитскому, ученейшему мужу, весьма сведущему в эллинской мудрости (как об этом свидетельствуют и его сочинения), а также прославившемуся своею добродетельною жизнью. Они сказали ему едиными устами:

«Мы равны у Бога, как ты видишь; нет у нас ни разделения, ни какого-либо противодействия друг другу. Каждый из нас отдельно, в свое время, возбуждаемый Божественным Духом, написал соответствующие поучения для спасения людей. Чему мы научились сокровенно, то передали явно людям. Нет между нами ни первого, ни второго. Если ты ссылаешься на одного, то в том же согласны и оба другие. Поэтому, повели препирающимся по поводу нас прекратить споры, ибо как при жизни, так и после кончины, мы имеем заботу о том, чтобы привести к миру и единомыслию концы вселенной. В виду этого, соедини в один день память о нас и, как подобает тебе, составь нам праздничную службу, а прочим передай, что мы имеем у Бога равное достоинство. Мы же совершающим память о нас будем споспешниками к спасению, так как мы надеемся, что имеем некоторую заслугу у Бога».

Сказав это епископу, они стали подниматься на небо, сияя неизреченным светом и называя друг друга по имени. Блаженный епископ Иоанн тотчас своими стараниями восстановил мир между враждовавшими, так как он был муж великий в добродетели и знаменитый в любомудрии. Он установил праздник трех святителей, как и повелели ему святые, и завещал церквам праздновать его с подобающим торжеством. В этом ясно обнаружилась мудрость сего великого мужа, так как он усмотрел, что в январе месяце совершается память всех трех святителей, а именно: в первый день – Василия Великого, в двадцать пятый – божественного Григория, а в двадцать седьмой – святого Златоуста, – то он соединил их в тридцатый день того же месяца, увенчав празднование их памяти канонами, тропарями и похвалами, как это и приличествовало.

Иконописная традиция написания образа трех святителей

Образы Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста появляются на Руси сразу после принятия христианства. Их изображения есть уже в мозаиках храма святой Софии Киевской. На них они изображены с Евангелиями в руках, в святительских одеждах, указывающих на тип их святости, на то, чем было прославившее их земное служение. С живой характерностью переданы их черты: длиннобород и узколиц темноволосый, темноглазый Василий Великий; благообразным седеющим старцем предстает Григорий Богослов; большеглаз, с высоким лысеющим лбом Иоанн Златоуст. Но их живые лики выражают не просто ум и даже не мудрость – в сиянии золотой мозаики, окруженные огромными нимбами, они полны мудрости недоступной, таинственно непостижимой. Таинственного величия преисполнены и их фигуры в пронизанных потоками света нежно-зеленых, серебристо-сиреневых и голубых одеждах. Как на источник чудесной, преобразившей их мудрости указывают десницей на сверкающие Евангелия Василий Великий и Григорий Богослов, в благословении подымает руку Иоанн Златоуст. Высокий образец обретения духовной мощи являют людям три святителя во фресках Св. Софии Киевской, указуют путь к этому обретению, благословляют на него.

Василия Великого и Иоанна Златоуста, создателей литургии, очень часто изображали и на царских вратах – на главном входе в алтарь. Створы таких врат, созданных первоклассным московским мастером середины XVI века, принадлежат Центральному музею имени Андрея Рублева. На нежно-зеленом фоне предстают сохраненные в вечной людской памяти Василий Великий и Иоанн Златоуст как творцы и создатели литургии. Алой киноварью написаны их имена; они изображены в полный рост в святительских одеждах, повернутыми друг к другу. Увенчанные нимбами головы святых чуть склонены над развернутыми свитками в их руках, с начертанными на них словами созданных ими молитв. Глубину чудесно разрешившейся мысли выражают их лики, и, как вспышки внутреннего озарения, ложатся на темные охры, которыми они написаны, короткие белильные движки. Высокий, таинственный акт созидания преображает не только лики, бестелесную легкость обретают и их фигуры, сияющую красоту – одежды. У Иоанна Златоуста их ослепительная белизна соединяется с вишневым и малиновым, украшает их по золотистым каймам ясный геометрический орнамент из белых, синих и алых драгоценных камней. У Василия Великого белизну одежд дополняют коричневый и охры глубоких оттенков, вьется по его епитрахили гибкая ветвь растительного узора.

Древнерусское искусство во все периоды своего существования стремилось раскрыть в образах трех святителей ту высоту, которой достигает, преображая человека, подлинная, соединенная с верой мудрость.

Прибегая к молитвам и предстательству святителей: Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоуста ныне обратимся, чтобы Господь, по их святым могучим и мощным молитвам, укрепил наше маловерие в эти трудные дни. Каким громом обличения разразились бы все эти три Великих Святителя, если бы они жили в наше время всеобщего малодушия, маловерия и отступления! Но они теперь торжествуют у Престола Господа Славы, а молитвы наши слышат, во что мы твердо верим и по их святым молитвам Господь Милосердный и нашу немощь маловерия да укрепит так, чтобы мы не назывались только христианами, а действительно были ими.

Молитвами святителей Василия Великого, Григория Богослова и
Иоанна Златоуста, Господи, Иисусе Христе Боже наш, помилуй нас!